Эффект Марахоева

Снова я о военных сборах, проведенных в дивизионе ПВО под Омском.
Когда мы туда прибыли, переодели нас сообразно военным стандартам. Сапоги, галифе и гимнастерка 40-х годов, да офицерская фуражка.
Некоторые стали сразу напоминать персонажей театра Дуремара. Другие, наоборот, преобразились в плюс.
Особенно это было видно когда надевали фуражку. Фуражка была офицерская, конечно она никак не соответствовала нашим галифе, но подчеркивала, что мы – не солдаты, мы – потенциальные офицеры. А если на нас поглядеть от шеи и выше, так мы – они самые и есть, офицеры.
Вот например, курсант Владимир Перехода. Когда на него надели фуражку, он стал другим человеком – кремень, сталь и непоколебимость. К тому же, в фуражке он был похож на легендарного маршала Жукова, но без фуражки.
Когда курсант Перехода надевал свою фуражку, на вас смотрели сверлящие глаза, выдающийся вперед подбородок подчеркивал твердость, непреклонность и решительность. Да, эффект был значительный!
Его, Переходу так и прозвали – маршал Жуков
Однажды, сам командир дивизиона попросил показать ему маршала и тоже удивился такому поразительному сходству.
Интересно, что как только наш маршал снимал фуражку, сходство пропадало. Все это привело к тому, что курсант Перехода старался держать фуражку на себе все время. И ему это удавалось.

Но это так сказать в тему, но не основное.

Когда Слава Малардыров надел фуражку – ничего особенного не произошло. Удивительное началось позже, когда нас во всем этом бутафорском наряде повели в столовую. По пути стали происходить странные вещи.
Солдаты, завидев Славу, цепенели от ужаса. Затем начинали истерически хохотать, тыкать в него пальцами, повторяя одно и тоже:
«Марахоев! Марахоев! Смотрите, это же Марахоев!»
Но самое интересное, что с офицерами происходило тоже самое!
Нам поначалу было не до этого, но потом нам открыли глаза.Оказывается Марахоев – это полковник КГБ полка, его ставка в Омске, он как и Слава Малардыров – якут, и несмотря на разницу в возрасте более чем в 20 лет, когда они в фуражках, между ними нет никакой разницы.
Да, нас это позабавило, но не более. Все свелось к тому, что Славу сначала стали звать полковником Марахоевым. А потом ( да простят меня дамы ) просто Марахуевым, причкем не толко мы но и весь дивизион.
Так что был у нас свой маршал Жуков и полковник Марахуев.
Скажу больше, настоящего полковника Марахоева в дивизионе страшно боялись. Он всегда посещал подразделения полка с какими-нибудь карательными мерами. Конечно, он карал начальство, но оно сливало етот ужас на головы нижних чинов, чтобы досталось всем поровну.

Это уже ближе к теме, но не основное

Время от времени мы долхны были посещать командный пункт полка (КПП) для познавания так сказать специфики деятельности ПВО. КПП находился приблизительно в 5 километрах от нашего дивизиона на глубине 10 – 15 метров под землей.
Чтобы спуститься в святая – святых, необходимо было пройти два охранных поста.
Ходили мы туда двойками и тройками с радостью. Прежде всего от того, что там мы были абсолютно никому не нужны. Обычно все сводилось к тому, что миновав посты с часовыми и спускаясь в эту преисподню, мы сразу шли в столовую и ели до пуза. Кормили там превосходно потому что столовая предназначалась не только для солдат, но и офицеров.
После этого, мы отправлялись в солдатскую спальню ( она была под землей тоже). Половина кроватей всегда там пустовала, так как ребята несли службу.
Конечно, мы занимали их кровати и спали. Такое познание специфики нам очень нравилось. После этого, от»евшиеся и отоспавшиеся, брели обратно в дивизион, мечтая о том, когда это повторится снова.

Теперь к основному.

Подошла очередь Володе Абаимову (Чушникову), Славе Малардырову и мне идти на КПП. День был страшно жаркий. Брели мы брели по дороге, да кто-то из нас и предложил, а не завернуть ли в соседнюю деревеньку в сельпо, а вдруг там чего-нибудь продают. Как только эта мысль была обнародована, мы быстро потопали в деревню.
Там, после преобретения всего необходимого, отошли за данный населенный пункт в березовый околок и в теньке расслабились более чем предостаточно. Одно было плохо. С едой не рассчитали. Очень захотелось кушать.
Стали думать, возвращаться в дивизион, но кормят там отвратно. К тому же обед уже прошел. Оставалось одно – идти на КПП, столовка там работает круглые сутки.
Но есть проблема, плохо стоим на ногах. Слава, правда выглядел лучше, а мы, ну просто никакие. Но думаем, пока дойдем до КПП – протрезвеем.
На подходе к КПП совсем размякли, плохо нам стало. Видимо жара была в это время дикая. Однако Слава – молодцом, дерхал форму.
Тут мы и стали решать, как же нам пройти две линии оцепления. Решили, соберем последние силы в единый так сказать нерв и будем прорываться, жрать то как хочется! А Слава пусть себя за полковника Марахоева выдает.
Приготовились к прорыву – я впереди, за мной Вовка Абаимов , а сзади наш полковник, конечно в фуражке.
Подходим к первому посту. А там все честь по чести – часовой с карабином. Он увидел сначала нас двоих, одной рукой начал карабином дорогу зогораживать, а другая к телефону потянулась, сообщить о пришельцах командованию.
Тут и возник полковник Марахоев, да как заорет:
«Мерзавцы! Опять эти студенты напились! Да сколько это может продолжаться! В лесу валялись! Пропусти, я им сейчас устрою, на всю жизнь запомнят».
Смех-смехом, а часовой берет под козырек. «Здравия желаю товарищ полковник». От страха даже не обратил внимание на то, что на нашем полковнике галифе 40-х годов и никаких погон.
Так мы «прошли оба пояса оцепления.». Поели, да и спать легли.
Спасибо тебе Славик.
Слава Богу, есть что вспомнить.

Виктор Хабас